Как "Платон" за год работы расколол всех на "плательщиков" и "нелегалов". Разбор портала Cargolink

Что случилось?

Вчера исполнился ровно год, как Росавтодор запустил систему «Платон». Старт сопровождался многочисленными акциями протеста и митингами: многие перевозчики отказывались регистрироваться в системе и платить налог. Те же, кто зарегестрировался, спустя год забил тревогу. В чем причина переполоха и на самом ли деле перевозчики в регионах не регистрируются в «Платоне», мы постарались разобраться в нашем материале.

Так в чем, собственно суть проблемы?

Ранее российские продовольственные союзы просили отложить повышение тарифов в «Платоне». По их мнению, в этой системе взимания платы с грузовиков до сих пор зарегистрировано недостаточно автомобилей. Как сообщалось, часть перевозчиков продолжают избегать оплаты, что создает условия недобросовестной конкуренции.
Так, из заявленных при внедрении «Платона» более 1,5 млн грузовых автомобилей в системе зарегистрировано не более 650 тыс. машин, а часть грузоперевозчиков «продолжает саботировать оплату из-за отсутствия налаженной системы контроля». Глава Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин оценил их долю в 20-25% от всех участвующих в перевозках грузовиков. В результате, по мнению союзов, установленные законом издержки несут только ответственные участники рынка. Отмена льготного коэффициента при этом может привести к росту числа недобросовестных перевозчиков и снижению уровня собираемости средств, указывают авторы письма.

Получается, большинство игнорирует «Платона»?

Получается так. Вот, например, Сергей Владимиров, частный перевозчик из Санкт-Петербурга не скрывает, что не уплачивает сбор:
– Я этот сбор не плачу, и не платят у нас за «Платон», наверное, 50% перевозчиков. Если бы я зарегистрировался в системе и платил, я работал бы в минус. Заработная плата у перевозчика сильно колеблется, но в среднем – в районе 50 тысяч рублей в месяц. При полном тарифе перевозчику нужно будет отдавать больше 300 тысяч рублей в год, а для многих это половина или практически весь заработок.
Система ещё не заработала и на 30%, поэтому люди сейчас просто катаются. Кто-то совсем не платит, кто-то – на 60%. Штрафы приходят, но их очень мало. По региональным дорогам нет смысла ездить, потому что у нас не много федеральных дорог, которые можно объехать по региональным. Процентов семьдесят объехать нельзя.
Крупные компании зарегистрировались в системе, у них висят бортовые устройства, но мы видим, что у многих они отключены – большинство из них так же не платят сбор.

Михаил Окунев, частный перевозчик, Нижний Новгород:
— По моим наблюдениям, половина частников этот сбор либо не платят, либо платят не везде и не всегда. Проезжая мимо рамки, включают прибор, какие-то деньги у них со счёта списываются, а потом всё выключают и едут без оплаты. Компании – так же. Часто отключают бортовые устройства, выбирают дороги, где рамок нет или они не работают и так далее.

Мария Пазухина, частный перевозчик, Мурманск:
— Мы бойкотируем эту систему, потому что считаем её нелогичной и несправедливой. Наш автомобиль в среднем проходит 10 тысяч километров в месяц, тысяч сто – в год. Из расчёта 1,53 рубля за километр получается 153 тысячи рублей в год – таких денег у нас попросту нет. Рентабельность отрасли настолько мала, что перекладывать на свои плечи рентабельность «РТ-Инвест» нет возможности. Если мы примем этот сбор и переложим на транспортную составляющую, вся эта рентабельность частной структуры, приближённой к власти, ляжет на плечи потребителей, что тоже неприемлемо, с нашей точки зрения как граждан.

А что с этим делать и кто виноват, что все так? Ведь и те и другие правы?

Здесь ответ скорее в том, что систему попросту не подготовили для эффективной работы. Например, исполнительный директор «Союзмолока» Артем Белов заявляет, что процесс интеграции в систему не завершен, например, в Сибири и на Дальнем Востоке. «Получается ситуация, когда одни регионы по факту платят за другие»,— поясняет он. «В идеале тестирование системы должно было бы происходить при нулевом тарифе, по примеру введения платных участков автодорог».
В итоге, получается ситуация, когда одни, грубо говоря, платят, а другие — нет. Но речь здесь идет не только о компаниях и предпринимателях, но и о регионах. Условно говоря, в Смоленской области «Платон» работает, а в Пензеской — еще нет, но собранные деньги распределяют по всем регионам. То же самое и с предпринимателями: одни зарегестрировались и платят, другие — хитрят и бойкотируют. Может ли подобное положение спровоцировать конфликты? Нельзя сказать, что ситуация конфликтогенная. Она скорее развращает. Как бы сказать, обращает людей не к лучшим качествам. До абсурда, но все это напоминает случай в детском саду, когда Мишу заставили есть кашу, а Сашу — нет, потому что у него аллергия. Да, могу сравнить это именно с аллергией, потому что для многих мелких и средних компаний регистрация в «Платоне» скорей всего закончится закрытием дела. Анафилактическим шоком, если угодно, как в случае, если бы человек с аллергией съел аллерген.
Компании, которые зарегестрировались в «Платоне», видят, что они платят, а другие — нет. К сожалению, не многие особо хотят разбираться в причинах. Тем более не до сантиментов, когда под одни рамки поставили всех.

Узнайте стоимость перевозок всего за 20 минут

Рассчитать